Удивительно, но знаменитая венгерская хроника «Деяния Венгров» (Gesta Hungarorum) хранит полное молчание о том, что Файс вообще когда-либо занимал престол великого князя. Если бы мы опирались только на западные и мадьярские источники, этот правитель мог бы навсегда остаться в тени. Однако истину для потомков сохранила дипломатическая педантичность Византии. В своем фундаментальном трактате «Об управлении империей» император Константин VII Багрянородный оставил подробное описание генеалогии венгерских вождей.
Константин детально перечислил четырех сыновей великого Арпада: старшего — Тархоша (Таркачу), второго — Юлло (Елека), третьего — Юташа (Ютоцу) и младшего — Жольта (Залту). Император также зафиксировал и следующее поколение: у Тархоша родился Тевель, у Юлло — Эзель, у младшего Жольта — Такшонь. А вот сыном третьего брата, Юташа, был именно Фаличи, или Файс, о котором византийский владыка прямо написал: «...который сейчас княжит».
Почему же власть от отрекшегося Жольта перешла не к его родному сыну Такшоню, а к племяннику Файсу? Ответ кроется в древних традициях кочевников. Венгры, как и многие другие варварские народы раннесредневековой Европы, не знали европейского майората (передачи власти от отца к старшему сыну). Они строго придерживались лествичной системы — власть наследовал самый старший мужчина в роду. На тот момент именно Файс был старейшим из ныне живущих потомков Арпада. Эта архаичная система, к слову, столетиями практиковалась и на Руси, вплоть до XV века оставаясь главным источником бесконечных княжеских усобиц и братоубийственных войн.
Файс принял бразды правления в непростое время. Венгрия оставалась политически раздробленной: племенные вожди действовали обособленно, а центральная власть великого князя была слаба. По ту сторону границы, напротив, происходили тектонические сдвиги. Соседнее Германское королевство, уставшее от десятилетий разорительных набегов, железной рукой консолидировалось под властью новой Саксонской династии. Немцы больше не хотели прятаться за стенами бургов — они переходили в наступление.
Для венгров, чье появление веками заставляло континентальную Европу в ужасе молиться: «От стрел венгерских спаси нас, Боже…», 950 год стал ледяным душем. Баварский герцог Генрих I пересек границу и вероломно вторгся вглубь венгерских земель. Совершив стремительный и опустошительный рейд, он беспрепятственно вернулся домой, уводя вереницы пленников и обозы с богатой добычей. Психологический удар был колоссальным: это было первое успешное вторжение неприятеля на венгерскую землю со времен Братиславской битвы 907 года.
Оскорбленные мадьяры жаждали реванша. В 951 году они собрали силы для нового масштабного удара по Западу. Понимая, что Германия теперь ощетинилась сталью, венгерская конница совершила немыслимый по дерзости крюк: обогнув германские земли с юга, они обрушились на Северную Италию, пересекли Альпы и, предавая всё огню и мечу, прошли насквозь всю Аквитанию, добравшись до самых свинцовых вод Атлантического океана. Это был триумф в духе старых времен, но триумф с фатальным концом. На обратном пути, обремененное колоссальной добычей войско было перехвачено германским королем Оттоном I Великим и наголову разгромлено.
Катастрофические неудачи на Западе заставили венгерскую элиту переосмыслить свою стратегию. Взгляды кочевников устремились на юг, к блистательной Византии. И теперь это был не просто алчный интерес грабителей к богатым землям. Растущая немецкая угроза запустила внутри Венгрии важнейшие центростремительные процессы: перед лицом сильного врага разрозненные племена начали сплачиваться в единое государство. Как и у других народов Европы, этот процесс неразрывно связывался с принятием новой, монотеистической веры — христианства.
В 948 году к берегам Босфора прибыло беспрецедентное по важности венгерское посольство. Его возглавил прославленный полководец, носивший леденящее душу прозвище «Кровавый» Бульчу (Vérbulcsú). Бульчу носил высочайший титул харки — четвертый в сложной венгерской иерархии после самого великого князя, верховного главнокомандующего (дьюлы) и соправителя-жреца (кэндё). В Константинополе произошло историческое событие: грозный харка принял крещение по православному обряду.
Византийская дипломатия работала безупречно. В 950 году в Венгрию прибыло ответное имперское посольство. Под их влиянием, а также при поддержке самого Бульчу, судьбоносное решение принимает сам великий князь Файс — он также принимает христианство. Более того, в 952 году Константинополь посетил и крестился военный вождь — дьюла. Высшая элита мадьяр сделала свой выбор в пользу креста, хотя о массовом крещении простого народа и рядовых воинов речи пока не шло: степь продолжала жить по заветам предков.
Несмотря на дипломатические успехи на юге, конфликт с Германией оставался неразрешенным. В 954 году Файс и его полководцы решаются на грандиозный, финальный бросок. Огромная, небывалая для Венгрии тех лет армия вторгается в Баварию, чтобы раз и навсегда решить вопрос о гегемонии в Центральной Европе. Венгерские тумены берут в плотное кольцо город Аугсбург.
Однако германский король Оттон I не бросил баварцев на произвол судьбы. Он собрал объединенные силы немецких княжеств и двинулся на помощь осажденным.
10 августа 955 года на берегах реки Лех (Аугсбургская битва) разразилась битва, навсегда вошедшая в мировую историю. Это было столкновение двух эпох: тяжелой рыцарской кавалерии и легких степных лучников. Венгры потерпели абсолютное, сокрушительное поражение. Знаменитый харка Бульчу, крестник византийского императора, сложил голову вместе с тысячами своих воинов. На берегах Леха окончательно завершилась целая историческая эпоха — эпоха великих венгерских набегов на Западную Европу.
Для великого князя Файса катастрофа под Аугсбургом стала политическим и, вероятнее всего, физическим концом. И хотя сам князь, судя по всему, не принимал личного участия в этой мясорубке, гнев народа и уцелевшей знати обрушился именно на него. Разгром такого масштаба не прощали. Файс сгинул в кровавом хаосе дворцового переворота — он был либо низложен, либо жестоко убит своими же соплеменниками. На руинах его правления, чтобы спасти Венгрию от окончательного краха, к власти пришел сын Жольта — новый князь Такшонь, которому предстояло перелистнуть следующую, не менее драматичную страницу венгерской истории.
