Официально Пап считался сыном армянского царя Аршака II и его супруги, властной и прекрасной аристократки Парандзем. Точная дата его рождения теряется во мгле веков (ориентировочно 350 или 353 год), но обстоятельства его зачатия были весьма запутанными. Историк Акоп Манандян предполагал, что настоящим отцом Папа мог быть первый муж Парандзем — племянник царя Гнел. Современный исследователь Альберт Степанян выдвигает иную, более сложную версию: Пап был биологическим сыном Аршака, но по закону считался наследником Гнела. Это было связано с тем, что Аршак взял Парандзем в жены по древнему иранскому обычаю левирата (stūr ī būtak или čakarīh), обязывавшему брата или родственника жениться на бездетной вдове для продолжения рода покойного.
Ситуация усугублялась тем, что Аршак II пошел на этот шаг при живой первой жене — гречанке Олимпии, грубо нарушив запрет на многоженство, принятый на Аштишатском церковном соборе. Только после внезапной смерти Олимпии (которую, по упорным слухам, отравили не без участия Парандзем) мать Папа стала полноправной царицей, а сам он был признан законным наследником. Впрочем, историк Нина Гарсоян категорически отвергает сомнения в легитимности Папа. По ее реконструкции, мальчик родился около 350 года, затем Парандзем по политическим мотивам на время отдали Гнелу, а позже вернули царю. Так или иначе, Папу суждено было унаследовать не только трон, но и тяжелейший политический кризис. К слову, у него был брат (по данным анонимного «Жития святого Нерсеса» — младший брат Трдат), чей сын Вараздат впоследствии сыграет свою роль в истории страны.
Наследник престола принял на себя удар судьбы в юном возрасте. Примерно в 367–368 годах его отец, Аршак II, отправился на мирные переговоры к персидскому шаху Шапуру II Длинному, но был вероломно схвачен и брошен в темницу. Великая Армения осталась без правителя.
Воспользовавшись моментом, Шапур II, несмотря на свой преклонный возраст, решил навсегда вычеркнуть Армению и Иберию из сферы римского влияния. Зимой персидские войска под предводительством армянских перебежчиков Глака (Килака) и Артавана (Вагана), а также Меружана Арцруни, вторглись в страну. Царица Парандзем вместе с юным Папом, царской казной и верным гарнизоном из одиннадцати тысяч азатов укрылась за неприступными стенами крепости Артагерс, некогда отбитой у рода Камсараканов.
Осада была изнурительной. В этот критический момент Парандзем проявила чудеса дипломатии и мужества. Она тайно связалась с изменниками Глаком и Артаваном, сумев пробудить в них патриотические чувства. Они вернулись на сторону Аршакуни и организовали дерзкий побег юного Папа сквозь персидское кольцо. Царевич должен был добраться до императора Валента и молить о помощи. Находясь в безопасности, Пап через гонцов умолял мать держаться, обещая скорое возвращение с римскими легионами. Однако римляне медлили. Крепость Артагерс в итоге пала. Впавший в звериную ярость Шапур II стер с лица земли крупнейшие города — Арташат, Вагаршапат, Ервандашат, Заришат, Зарехаван, — а гордую царицу Парандзем увез в плен в Персию, где ее ждала мученическая смерть.
Тем временем спасшийся Пап прибыл к императору Валенту в Маркианополь. Римляне, не желая открыто провоцировать Персию, отправили юношу подальше от границ — в понтийский город Неокесарию, где обеспечили ему прекрасное образование и содержание.
Лишь в 369 году, вняв уговорам армянского спарапета Мушега Мамиконяна (а по версии Аммиана — благодаря тем же Глаку и Артавану), Валент позволил Папу вернуться в Армению в сопровождении римского дукса Теренция. Римляне всё ещё не признавали его официальным царем, но для армянского народа он стал символом возрождения.
Молодой монарх принял страну в катастрофическом состоянии. Численность армянской армии едва достигала 10–11 тысяч человек. Пап начал править, опираясь на два исторических столпа: спарапетство (военное командование), которое возглавил гениальный полководец Мушег Мамиконян, и церковь, ради чего царь преодолел старую вражду и вернул ко двору католикоса Нерсеса Великого.
Шапур II, видя, что Армения ускользает из рук, попытался склонить Папа на свою сторону дипломатией. Но молодой царь, понимая всю опасность со сторон персов, ответил жестоко: он приказал обезглавить Глака и Артавана, которые когда-то привели персов в Армению, и отправил их головы шаху, что стало объявлением войны.
Разгневанный Шапур II потребовал от Рима соблюдения договора 363 года, по которому римляне обязались не помогать армянам. Император Валент ответил решительным отказом и в 371 году направил на помощь Папу армию под командованием Траяна.
Решающее столкновение, вошедшее в историю как битва при Багреванде, произошло на Дзирававском поле у подножия горы Нпат, в долине реки Арацани. На стороне персов выступили албаны под началом Урнайра, лезгины во главе с Шергиром и отряды предателя Меружана Арцруни. Сражение было грандиозным. Армянский полководец Спандарат Камсаракан мощным ударом прорвал вражеский центр. В кровопролитной рубке погиб царь лезгин, а вождь албанов был тяжело ранен.
Особо драматичным стал финал для Меружана Арцруни. Пытаясь спастись бегством, он был настигнут в гаваре Коговит Смбатом Багратуни. Смбат, чей род издревле обладал наследственной привилегией короновать армянских монархов («тагадир аспет»), издевательски напомнил об этом предателю, претендовавшему на престол. Раскалив на огне железный обруч, он возложил его на голову Меружана как смертельную «корону». Персидская армия была наголову разбита и отброшена до Атропатены. Шапур II был вынужден признать независимость Армении и легитимность Папа.
Обеспечив внешнюю безопасность, Пап развернул беспрецедентные по масштабу внутренние реформы. Страна нуждалась в людях, армии и средствах. Оценив ситуацию, царь пришел к выводу, что за 70 лет христианство усвоилось лишь формально, а огромные церковные владения и социальные институты опустошают казну. Пап пошел на радикальные, непопулярные меры: он закрыл многочисленные приюты, лепрозории, а главное — монастыри и девичьи обители, принудив их обитателей вступать в браки для повышения рождаемости, а мужчин — пополнять ряды войска. Он отменил десятину и крестьянский налог «птхи», шедшие в пользу церкви.
Эти шаги привели к острейшему конфликту с Нерсесом Великим. Когда в 372 году католикос скончался, духовенство немедленно обвинило царя в его отравлении, создав вокруг Папа ореол тирана и богоотступника. Но царь не остановился: он запретил новому католикосу Шааку I Маназкертци ехать на рукоположение в Кесарию. Отныне глава армянской церкви назначался исключительно внутри страны, что стало важнейшим шагом к церковной независимости и разрушило монополию рода Просветителя. Часть церковных земель была конфискована и передана военным (например, Спандарату Камсаракану вернули родовые гавары Ширак и Аршаруник). Результаты не заставили себя ждать: численность армянской армии возросла до невероятных 100 тысяч бойцов.
Опираясь на эту мощь, Пап поручил Мушегу Мамиконяну воссоединить утраченные в годы смуты провинции. Мушег действовал стремительно и беспощадно. Утик, Гугарк, Корчайк, Агдзник были возвращены под корону Великой Армении, восстановив границы времен Тиграна Великого и Арташеса Благочестивого. Мушег жестоко расправлялся с мятежниками, порой распиная их, но проявлял рыцарское благородство к достойным врагам. Когда в одном из столкновений в руки армян попал гарем Шапура II, Мушег вернул женщин в целости и сохранности. Восхищенный шах приказал выгравировать портрет армянского полководца на белом коне на своей винной чаше и, поднимая кубок, произносил: «Пусть белоконный пьет вино».
Достигнув вершины могущества, Пап возжелал абсолютной независимости. Он тяготился присутствием римского гарнизона Теренция и начал открыто требовать от Рима возвращения Кесарии и Эдессы как исторических земель Аршакуни. Игнорируя советы Мушега сохранить союз с империей, царь вступил в тайную переписку с персами.
Теренций, возмущенный своенравием монарха, донес обо всем императору Валенту. Рим решил устранить непокорного союзника. В 373 или 374 году Валент заманил Папа под предлогом переговоров в Тарс. Заподозрив неладное, Пап совершил дерзкий побег вместе с 300 гвардейцами, с боем прорвавшись сквозь заслоны римского легиона. Посланные в погоню опытные следопыты Даниэлус и Барзимерес вернулись ни с чем, оправдываясь тем, что царь якобы применил колдовство и скрылся в «темном облаке». Народ Армении встретил своего повелителя с ликованием.
Тогда империя пустила в ход коварство. Римский полководец Траян втерся в доверие к Папу. В 374 или даже 375 году на роскошном пиру, устроенном в честь молодого армянского царя, Траян подал знак, и римский телохранитель нанес Папу смертельный удар. Римский историк Аммиан Марцеллин с негодованием писал об этом подлом убийстве, осквернившем священные законы гостеприимства.
Присутствие огромной римской армии в стране заставило нахараров проглотить эту обиду без сопротивления. Трон перешел к ставленнику Рима Вараздату. Династия Папа продолжилась в его сыновьях от аристократки Зармандухт — Аршаке III и Вагарше III, которые позже стали соправителями страны.
Личность царя Папа оставила глубочайший, но противоречивый след в истории. Классические армянские летописцы, такие как Фавстос Бузанд, чьи симпатии были на стороне обиженной церкви, рисовали его исчадием ада, одержимым бесами, и приписывали ему самые немыслимые пороки. В противовес им, римский очевидец Аммиан Марцеллин отзывался о Папе как о храбром, умном и выдающемся правителе, преданно любимом своим народом.
Сегодня историческая наука переосмысливает фигуру Папа. Сквозь призму веков он предстает не злодеем, а трагической фигурой блестящего государственника, который в условиях тотальной разрухи попытался железной рукой восстановить демографию, экономику и независимость Армении. Его реформы были жестоки, но необходимы, а его стремление к абсолютному суверенитету, столкнувшееся с геополитическими интересами Рима, стоило ему жизни, навсегда вписав его имя в пантеон величайших и самых трагичных монархов древности.
