Дарий II вошел в историю под греческим прозвищем Нот («Незаконнорожденный»), поскольку был сыном Артаксеркса I не от законной супруги, а от вавилонской наложницы Космартидены. До того, как примерить царскую тиару, он правил суровой Гирканией под именем Ох.
Его путь к власти в 424–423 годах до н. э. был типичен для того времени: кровав и короток. Согласно Ктесию, Ох занял трон после хаотичных и мимолетных правлений своих братьев — Ксеркса II и Секудиана. Казнив последнего при поддержке влиятельной клики, Ох принял тронное имя Дарий. Официальной датой начала его правления вавилонские документы считают 13 февраля 423 года до н. э.
Если Артаксеркс I иногда прислушивался к женщинам гарема, то Дарий II фактически правил под их диктовку. Главным архитектором политики империи стала его жена и одновременно сводная сестра — царица Парисатида. Она обладала стальной волей и изощренной жестокостью, направляя действия царя через трех верных евнухов: Артоксара, Артибарзана и Афоса.
Первым серьезным испытанием стал мятеж родного брата царя — Арсита. Несмотря на первоначальные успехи повстанцев, персидский полководец Артасир подкупил греческих наемников врага и подавил бунт. Парисатида проявила свое фирменное коварство: она убедила Дария пообещать брату милость, а когда тот сдался, приказала бросить его и его соратника Артифия в яму с горячим пеплом, где они скончались в страшных муках.
Правление Дария II буквально было пронизано драмами:
Евнух Артоксар, возложивший корону на Дария, сам захотел стать царем. Поскольку евнухи не могли претендовать на трон, он приказал жене сделать ему фальшивую бороду и усы, чтобы сойти за «полноценного» мужчину. По доносу супруги он был схвачен и казнен.
Сатрап Гиркании Теритухм, женатый на дочери царя Амистре, восстал из-за страсти к своей сестре Роксане. Мятеж был жестоко подавлен: Теритухм погиб в бою (говорят, он лично убил 37 врагов), а Парисатида обрушила на его семью кошмарную месть. Роксану заживо разрезали на куски, а остальных родственников похоронили живьем. Лишь Статире, жене старшего сына царя Арсака (будущего Артаксеркса II), удалось спастись благодаря слезным мольбам мужа.
На внешнеполитической арене Дарий II воспользовался истощением греческих полисов в ходе Пелопоннесской войны. Главным инструментом царя стал сатрап Лидии Тиссаферн — блестящий, но беспринципный дипломат.
В 413 году до н. э., после разгрома афинян в Сицилии, Тиссаферн начал тонкую игру:
Он заключил союз со Спартой, признавшей власть Персии над греческими городами Малой Азии.
Он спонсировал спартанский флот, но делал это «дозированно», чтобы греки уничтожали друг друга, не давая ни одной из сторон решительного преимущества.
Даже когда талантливый афинянин Алкивиад перешел на сторону персов, Тиссаферн продолжал балансировать, стремясь к взаимному ослаблению Афин и Спарты.
Однако эта политика «равновесия» дала трещину, когда афиняне одержали ряд побед при Абидосе и Кизике, а в самой империи вспыхнуло восстание в Мидии.
В 408 году до н. э. под давлением Парисатиды Дарий назначил своего младшего сына — Кира Младшего — наместником Малой Азии и верховным командующим. Кир, в отличие от осторожного Тиссаферна, сделал ставку на полную победу Спарты.
Он передал спартанскому наварху Лисандру 10 тысяч дариков, что позволило спартанцам восстановить флот. В итоге:
Афиняне, лишившись ресурсов, совершили роковую ошибку, казнив своих лучших стратегов после битвы при Аргинусских островах.
В зиму 405 года до н. э. при Эгоспотамах Лисандр застал афинский флот врасплох и уничтожил его.
Весной 404 года до н. э. Афины капитулировали. Персия триумфально вернула себе контроль над всеми малоазиатскими владениями, фактически решив исход величайшей войны античности с помощью своего золота.
К концу правления Дария II центральная власть продолжала слабеть. Сатрапы вели собственные войны, восставал Египет под началом Амиртея, а дворец оставался гнездом заговоров. Дарий II умер в марте 404 года до н. э. в Вавилоне от болезни, процарствовав 19 лет.
Его гробница в скалах Накше-Рустам стала последним царским упокоением в этом священном некрополе. Дарий II оставил после себя империю, которая внешне казалась могущественной как никогда, но внутренне была истощена коррупцией и личными амбициями сатрапов, что вскоре приведет к знаменитому походу десяти тысяч греческих наемников и новой главе гражданских войн.
