Симеон родился в 864 или 865 году, в переломный момент, когда Болгария только начала примерять на себя христианство. Будучи третьим сыном князя Бориса I, он не рассматривался как наследник трона — его готовили к духовной карьере. Борис, мечтавший о просвещенной церкви, отправил сына в знаменитую Магнаурскую школу в Константинополе. Там юный Симеон настолько глубоко впитал византийскую культуру, философию и риторику, что современники позже назовут его «полугреком».
Около 888 года Симеон вернулся на родину и принял постриг в Преславском монастыре. Однако история распорядилась иначе. Пока Борис I пребывал в молитвенном уединении, его старший сын Владимир Расате попытался повернуть время вспять, возрождая язычество. В 893 году старый Борис вышел из монашества, низложил Владимира и созвал исторический церковно-народный собор. Решения собора изменили всё: столица была перенесена в Велики-Преслав, славянский язык стал официальным, а Симеон, сменив рясу на княжеские одежды, взошел на престол.
После этого мир с Византией рухнул почти сразу. Император Лев VI Философ совершил роковую экономическую ошибку: он перенес торговлю болгарских купцов из Константинополя в Салоники и обложил их непомерными пошлинами. Симеон, понимая, что экономика — это тоже фронт, в 894 году вторгся во Фракию. Болгарские войска разгромили византийцев под Адрианополем, а захваченным хазарским гвардейцам императора Симеон приказал отрезать носы — жест, полный презрения к византийскому высокомерию.
Византия ответила хитростью. Они натравили на болгар кочевников-венгров. В 895 году Симеон оказался в тяжелом положении: пока прославленный византийский полководец Никифор Фока Старший угрожал с юга, венгры разоряли север. Симеону пришлось укрыться в крепости Дристр. Но именно здесь проявился его стратегический гений. Он заключил союз с печенегами и в 896 году в грандиозной битве на Южном Буге нанес венграм такое поражение, что те были вынуждены навсегда откочевать на территорию современной Венгрии. Сразу после этого Симеон обрушился на византийцев при Булгарофигоне, буквально стерев их армию с лица земли. Итог был закономерен: Византия вернула купцов в столицу и начала платить Болгарии ежегодную дань.
Кульминация военного противостояния пришлась на 917 год. Византийская империя, устав от амбиций Симеона, решилась на «окончательное решение болгарского вопроса». Была собрана колоссальная армия, офицеры были стянуты со всех провинций — от Италии до Армении.
20 августа 917 года на реке Ахелой разыгралась одна из величайших битв Средневековья. Симеон применил классический, но рискованный маневр: ложное отступление заманило ромеев в ловушку. В решающий момент Симеон лично возглавил атаку тяжелой конницы во фланг противника. Под ним был убит конь, но это лишь раззадорило болгар. Византийская армия была прижата к морю и почти полностью уничтожена. По свидетельству Льва Диакона, даже спустя 75 лет горы костей на берегу Ахелоя напоминали о масштабах этой катастрофы. Путь на Константинополь был открыт, а ночная победа при Катасиртах лишь закрепила триумф.
Симеон больше не желал быть просто «князем». Он провозгласил себя «самодержцем всех болгар и ромеев». Его целью был трон в Константинополе. Он вел сложнейшие переговоры с Фатимидским халифатом в Тунисе, пытаясь создать флот для морской блокады византийской столицы, но византийская дипломатия сумела перехватить арабских послов.
На западе Симеон железной рукой наводил порядок: в 924 году он окончательно покорил Сербию. В 926 году, столкнувшись с хорватским королем Томиславом, Симеон потерпел редкое для себя поражение в боснийских горах, но быстро восстановил статус-кво. Его авторитет был настолько велик, что папа Иоанн X в 926 году официально признал его императорский титул и патриарший статус болгарской церкви.
Смерть настигла великого царя 27 мая 927 года в разгар подготовки к очередной осаде Константинополя.
Симеон понимал, что империя без культуры — это просто большая орда. При нем Велики-Преслав превратился в соперника Константинополя. Иоанн Экзарх с восторгом описывал дворцы, украшенные мрамором, золотом и серебром.
Но главным памятником Симеону стала Кириллица. Именно в Преславской книжной школе была создана эта азбука, ставшая фундаментом для всей славянской цивилизации. Царь сам участвовал в составлении сборников, переводил тексты и покровительствовал плеяде блестящих интеллектуалов: Клименту Охридскому, Константину Преславскому, Иоанну Экзарху и загадочному Черноризцу Храбру. Болгарский язык стал литургическим, встав в один ряд с греческим и латынью.
«Царь Симеон был Карлом Великим для Болгарии, но более образованным... ибо заложил основы единой национальной литературы», — так оценил его вклад историк Альфред Рамбо.
Наследие Симеона пережило его самого. В октябре 927 года его сын Петр I заключил мир, по которому Византия официально признала Болгарию империей (царством), а её церковь — патриархатом.
