Будущая правительница появилась на свет в 1325 или 1326 году. Ее отец, Карл Калабрийский, безвременно скончался в 1328 году, что сделало юную принцессу прямой наследницей своего великого деда — короля Роберта Мудрого. Когда в 1343 году Роберт покинул этот мир, корона тяжелым бременем легла на плечи пятнадцатилетней Джованны. Едва взойдя на престол, неопытная правительница мгновенно оказалась в плотном кольце своих властолюбивых тёток и их фаворитов. Юная королева с головой окунулась в атмосферу изощренных придворных интриг, бесконечных празднеств и весьма сомнительных удовольствий. Нравы неаполитанского двора стремительно падали; по едкому и точному свидетельству хрониста-современника Доменико из Гравины, «двор этой королевы напоминал скорее публичный дом на посмешище всем».
Очень скоро легкомысленные забавы знати приобрели зловещий, кровавый оттенок. В 1345 году Джованна вместе с Екатериной де Куртене совершили чудовищное по своей циничности преступление: они отравили Агнесу де Перигор, вдову Жана, герцога Дураццо, использовав для этого отравленную клизму. Успешно избавившись от одной помехи, заговорщики обратили свои взоры на самую главную проблему двора — первого мужа королевы, Андрея Венгерского.
Брак Джованны и Андрея трещал по швам. Законный супруг категорически не желал оставаться на вторых ролях: он открыто претендовал на королевский титул и жестко требовал, чтобы Джованна разделила с ним полноту власти. Ситуация накалилась до предела, когда в Неаполь прибыла мать Андрея. Обладая колоссальными средствами, она развернула кампанию по прямому подкупу неаполитанской знати, сколачивая партию сторонников своего сына. Более того, притязания Андрея получили официальную поддержку самого папы римского Климента VI. И без того враждебные отношения между супругами закончились в 1345 году жуткой катастрофой: под покровом ночи Андрея Венгерского жестоко задушили в его собственной постели (по свидетельствам других источников, несчастного принца выбросили из окна высокой башни). Общественное мнение Неаполя мгновенно вынесло свой приговор: убийцами были названы два кузена королевы, которые, как были уверены все вокруг, действовали по прямому тайному приказу самой Джованны.
Зверское убийство Андрея стало искрой, от которой вспыхнул весь Неаполь. Разъяренные толпы горожан плотным кольцом осадили королевский дворец, сотрясая воздух страшными криками: «Смерть изменникам и королеве-блуднице!». Оказавшись на волосок от гибели, Джованна проявила чудеса политической изворотливости. Ей удалось успокоить толпу и сохранить власть, торжественно пообещав провести самое тщательное расследование и сурово наказать убийц. Однако цена ее словам стала ясна уже через год: в 1346 году она демонстративно вышла замуж за одного из главных подозреваемых в организации этого убийства — Людовика Тарентского, тем самым подтвердив самые худшие и мрачные подозрения народа.
Пролитая кровь Андрея не осталась неотомщенной. В 1348 году его родной брат, могущественный венгерский король Лайош I, во главе сильной армии вторгся в пределы Неаполитанского королевства, движимый жаждой возмездия. Не имея сил для сопротивления, Джованна и Людовик Тарентский в панике бежали в Прованс. От неминуемой расправы их спасло лишь непредвиденное бедствие: в Италии разразилась страшная эпидемия чумы, которая выкосила ряды венгерской армии и заставила Лайоша отступить обратно на родину.
Однако венгерский монарх не отступился от своих планов. В следующем, 1349 году, Лайош вновь перешел границы и оккупировал Неаполь. Джованна вместе с мужем были вынуждены искать убежище за крепкими стенами Гаэты. В этот критический момент в роли верховного арбитра выступил папа Климент VI. Благодаря его посредничеству обе стороны согласились на проведение беспристрастного расследования убийства Андрея Венгерского под строгим папским контролем. Вердикт, вынесенный понтификом, поразил Европу своим лицемерием: Джованну официально признали участницей убийства, но при этом объявили совершенно невиновной, сославшись на то, что «она действовала по наущению дьявола». Удивительно, но Лайош I согласился с этим абсурдным решением, сложил оружие, признал Джованну законной королевой Неаполя и вернулся в Венгрию. Истинная причина столь поразительно мягкого и нелепого папского приговора вскрылась очень быстро: в обмен на свое оправдание Джованна за ничтожно малую, символическую сумму продала Клименту VI город Авиньон — место постоянной резиденции римских пап.
После завершения венгерского кризиса реальная власть в государстве перешла в руки второго мужа Джованны. На протяжении шестнадцати лет (в 1346–1362 годах) именно Людовик Тарентский (живший с 1320 по 1362 год) был фактическим правителем Неаполя. Будучи человеком прагматичным, он железной рукой обуздывал бесконечную расточительность и природное легкомыслие своей венценосной супруги, удерживая страну от окончательного краха.
Но в 1362 году Людовик скончался, и Джованна вновь обрела единоличную власть. Под ее правлением двор достиг небывалого внешнего блеска; королева щедро покровительствовала литературе и изящным искусствам, что, однако, составляло чудовищный, режущий глаз контраст с беспросветной бедностью и угнетенным состоянием простого народа. Не желая оставаться в одиночестве, уже в 1363 году Джованна вступила в свой третий брак. Ее избранником стал принц Хайме IV, титулярный король Майорки. Королева поставила жесткое условие: новый супруг не имел права претендовать на королевский титул в Неаполе и ни под каким видом не должен был вмешиваться в управление государством. Хайме покорно принял эти правила. Внутренние дела Неаполя его совершенно не интересовали; всю свою жизнь он посвятил отчаянным попыткам отвоевать родную Майорку, захваченную Арагонской короной. Во время одной из таких военных авантюр Хайме попал в плен к Энрике Трастамаре. Джованна выкупила мужа за огромные деньги, вернула его в Неаполь и, устав от его военных безумств, посадила принца под строгий домашний арест. Но неугомонный Хайме сумел бежать и в итоге нашел свою смерть во время своей последней, безнадежной кампании против Арагона в 1375 году.
С годами над Джованной нависла новая, экзистенциальная угроза — проблема престолонаследия. Ее единственный сын, рожденный еще от убитого Андрея Венгерского, умер в раннем детстве. Озабоченная поисками преемника, королева организовала брак своего родственника Карла Дураццо со своей племянницей Маргаритой и официально объявила его законным наследником неаполитанской короны.
Но Джованну вновь подвела ее страсть к большой политике. Когда католический мир содрогнулся от Великого церковного раскола, королева Неаполя опрометчиво примкнула к партии авиньонского антипапы Климента VII. Реакция Рима была молниеносной и сокрушительной: законный римский папа Урбан VI немедленно отлучил Джованну от церкви. Воспользовавшись своим правом верховного ленного властителя Неаполя, понтифик лишил ее трона и признал новым королем Карла Дураццо — того самого человека, которого она сама недавно сделала своим наследником.
Оказавшись в отчаянном положении, стареющая королева предприняла последнюю, судорожную попытку спастись. Она спешно вступила в свой четвертый брак с известным военным авантюристом Отто Брауншвейгским. Одновременно она в спешке усыновила и объявила своим новым наследником герцога Людовика I Анжуйского, приходившегося ей дальним родственником (прабабка Людовика, Маргарита, была родной сестрой неаполитанского короля Карла II, прадеда самой Джованны).
Однако этот гамбит запоздал. Прежде чем Людовик I Анжуйский успел собрать войска и прийти на помощь своей новоиспеченной «приемной матери», Карл Дураццо нанес упреждающий удар. Он наголову разбил неаполитанскую армию, которой командовал четвертый муж королевы Отто Брауншвейгский, и взял Неаполь в плотное кольцо осады. Не имея больше ни сил, ни союзников, королева Джованна капитулировала и сдалась на милость победителя. Карл Дураццо заключил ее под стражу и на протяжении полугода жесточайшим образом принуждал отменить указ об усыновлении Людовика I Анжуйского. Гордая королева, понимая, что терять ей больше нечего, отвечала категорическим отказом. Не добившись от пленницы никаких юридических уступок, Карл принял окончательное решение. 22 мая 1382 года по его прямому приказу наемники вошли в покои и безжалостно задушили Джованну, поставив кровавую и закономерную точку в одном из самых мрачных царствований в истории Италии.
