Происхождение Непота крепко связывало его с элитой Далмации — стратегически важной и богатой области на берегах Адриатики. Считается, что он принадлежал к знатнейшим родам региона. Долгое время (опираясь на труды готского историка Иордана) бытовала версия, что отцом Непота был известный военачальник Непоциан.
Мать Непота приходилась родной сестрой могущественному Марцеллину — полководцу, который выстроил в Далмации фактически независимое государство. В 468 году Марцеллин пал от рук наемных убийц на Сицилии, и Непот, как законный наследник, перенял от дяди и власть над Далмацией, и высокий чин военного магистра.
Ключевым козырем Непота стал его брак. Он взял в жены племянницу Элии Верины — супруги восточного римского императора Льва I Макеллы. Этот союз прочно связал далматинского правителя с двором в Константинополе. Исходя из портретов на отчеканенных им монетах, предполагается, что к моменту восхождения на императорский престол Непоту было около сорока лет.
Роковой 472 год унес жизни сразу двух западных императоров — Прокопия Антемия и Олибрия. Восточный император Лев I, оставшись единственным сувереном римского мира, получил право назначить императора на Западе. Но Лев медлил. Памятуя о трагической судьбе Антемия, растерзанного в Риме варваром Рицимером, и, вероятно, не имея под рукой надежной кандидатуры, он позволил западному трону пустовать.
Этим вакуумом воспользовался новый хозяин Италии, полководец Гундобад, который в марте 473 года провозгласил императором начальника гвардии Глицерия. Лев I наотрез отказался признавать этого ставленника варваров. В конце 473 года он даровал своему родственнику Юлию Непоту высочайший титул патриция (возможно, и звание цезаря) и поручил ему свергнуть узурпатора.
Для Льва I это был идеальный момент: он не только восстанавливал контроль над мятежным Западом, но и элегантно удалял из-под бока могущественного родственника, потенциального конкурента в Константинополе.
Зимние штормы закрыли навигацию на Адриатике, вынудив Непота отложить поход до весны. В июне 474 года его флотилия высадилась в Остии. К тому моменту Гундобад покинул Италию, и Глицерий, оставшись без армии, сдался без боя. Непот проявил милосердие: он сохранил жизнь свергнутому оппоненту и сослал его на свою родину, сделав епископом далматинского города Салоны.
Придя к власти, Юлий Непот вернул Далмацию в состав Западной Римской империи. Большинство солидов (золотых монет) Непота чеканилось в Медиолане для покрытия военных нужд, тогда как дворы Рима и Равенны выпускали в основном мелкие триенсы на жалованье чиновникам. Из внутриполитических деяний известно лишь, что назначенный Непотом префект Рима Касталий Иннокентий Авдакс провел реставрацию некоторых зданий пострадавших от варварских погромов.
Но главные проблемы ждали Непота за пределами Италии. В Галлии вестготы под предводительством амбициозного короля Эвриха объявили о полном разрыве с Римом. Империя цеплялась там лишь за область Арвернию и город Августонемет, которые героически оборонял Экдиций Авит. Непот даровал Экдицию звание военного магистра, но почти сразу же начал искать с вестготами мира.
Император отправил на переговоры епископа Тицина (Павии) Епифания. Когда эта попытка провалилась, в ставку Эвриха прибыла беспрецедентная делегация из четырех галльских епископов: Леонтия Арелатского, Грека Массалийского, Фауста Регийского и Василия Аквенского. Результат их дипломатии оказался позорным для Рима: Империя официально отдала вестготам мужественную Арвернию в обмен на возврат области Провинция (впрочем, после свержения Непота Эврих моментально захватит и её). На юге дела шли не лучше. Столкнувшись с возобновившимся террором флота вандалов, Непот был вынужден официально признать их власть над Африкой, Сицилией, Сардинией, Корсикой и Балеарскими островами.
Таким образом, Непот признавался в бессилии Рима: он не смог предотвратить потерю Галлии. Под формальным контролем Рима оставался лишь северо-запад Галлии (Суассонская область), где управлял наместник Сиагрий, который будет разбит франками в 486 году.
Политика умиротворения варваров ценой сдачи территорий вызвала ярость в патриотических кругах. Несогласный Экдиций был снят со своего поста. На его место — должность военного магистра — Непот назначил Флавия Ореста, человека опасного и беспринципного, служившего в свое время личным нотарием у царя гуннов Аттилы. Орест получил титул патриция и приказ навести порядок в Италии.
Это назначение стало фатальной ошибкой. Получив в руки армию, Орест немедленно поднял восстание и двинул легионы на Равенну. Римский сенат, разочарованный Непотом, встал на сторону мятежника. 28 августа 475 года Юлий Непот, не имея сил для обороны, сел на корабль и бежал обратно в Далмацию. Орест же провозгласил новым императором Запада своего малолетнего сына — Ромула Августа.
Однако Непот не сложил с себя пурпур. Укрывшись в Далмации, он продолжал считать себя единственным законным императором Запада. Более того, его власть по-прежнему официально признавали в Суассонской области и, что самое важное, в Константинополе.
Судьба Италии решилась через год без участия Непота. Орест столкнулся с бунтом германских федератов, требовавших треть италийских земель. Получив отказ, варвары избрали своим королем Одоакра. Орест был разбит и казнен, а малолетний Ромул отправлен в ссылку в 476 году.
Непот решил, что это его шанс. Он отправил послов к восточному императору Зенону (недавно подавившему мятеж узурпатора Василиска), напоминая о родстве и прося армию и золото для триумфального возвращения в Италию. В то же самое время в Константинополь прибыли посланники от Одоакра, которые присягнули Зенону и просили для своего предводителя титул патриция и наместника Италии.
Император Зенон оказался прагматиком. Понимая, что у Непота нет реальной силы, но будучи связанным с ним узами родства, он принял соломоново решение. Упрекнув римский сенат в предательстве Антемия и Непота, Зенон признал Одоакра фактическим правителем Италии, но с жестким условием: Одоакр должен признавать Юлия Непота своим законным императором.
Так возник беспрецедентный политический мираж. Де-факто Италия принадлежала германцам Одоакра. Де-юре императором Запада оставался Непот, сидевший в изгнании в Далмации. В Равенне и Медиолане с 477 по 480 год даже чеканились монеты с профилями Непота и Зенона. При этом Зенон пресек все попытки восстановления реальной власти своего родственника (в 477 году он отказал в военной помощи послам из Суассонской области, просившим за Непота). Очевидно, константинопольскому двору было выгодно поддерживать статус-кво ради спокойствия на западных границах.
Сам Юлий Непот, похоже, не слишком стремился в кипящий котел Италии, предпочитая надежно править в своей собственной, хорошо укрепленной далматинской вотчине.
Но амбиции изгнанника все же взяли верх. Скорее всего, Непот начал тайно готовить план возвращения полного контроля над Италией, что не могло не тревожить Одоакра.
Развязка наступила в 480 году. На своей роскошной вилле в окрестностях Салоны (историки предполагают, что это мог быть знаменитый дворец Диоклетиана) Юлий Непот был вероломно убит своими же приближенными — комитами Виатором и Овидой. Даты этого события в источниках расходятся: 25 апреля (этой даты придерживается Р. Мэзисен), 9 мая или 22 июня (версия Майкла Гранта).
Историк Малх Филадельфиец оставил леденящее душу свидетельство: организатором убийства был тот самый Глицерий — бывший император, которого Непот сверг и сделал местным епископом.
После убийства Непота комит Овида попытался объявить себя правителем Далмации. Однако Одоакр, цинично использовав смерть Непота как предлог («месть за законного императора»), немедленно вторгся в Далмацию, разгромил Овиду и присоединил богатую провинцию к своему королевству.
Юлий Непот стал символом необратимой трансформации римского мира. Назначенный Константинополем, он был обречен: императорский титул на Западе окончательно обесценился, а реальная власть перешла в руки варварских военачальников. Крах денежной экономики на Западе, которая возродится лишь при франках в VIII веке, привел к изоляции бывших провинций. Осколки римской администрации теперь служили германским королям или Церкви; латынь осталась лишь языком религии и канцелярии.
Германские правители Италии, формально признавая суверенитет Константинополя, вели независимую политику. Это впоследствии подтолкнет Юстиниана к попытке Реконкисты, но классическая идея единой и неделимой Римской Империи умерла навсегда. И последним ее законным хранителем на Западе был человек из Далмации — Юлий Непот.
