Максимилиан II вошел в историю Священной Римской империи как правитель удивительной судьбы, человек, в котором парадоксальным образом уживались преданность католической династии и глубокая симпатия к протестантским идеям. Он родился в Вене в семье, чье влияние простиралось на половину Европы. Будучи вторым ребенком и старшим сыном габсбургского короля Фердинанда I и принцессы Анны Чешской и Венгерской (представительницы династии Ягеллонов, жившей в 1503–1547 годах), мальчик с самого рождения был втянут в водоворот большой политики. Свое имя он получил в честь великого прадеда — императора Максимилиана I. К моменту появления наследника на свет его отец Фердинанд уже значительно расширил владения Габсбургской монархии: после гибели своего шурина, короля Людовика II Венгерского, он унаследовал престолы Чехии и Венгрии. Тень могущественного дяди Максимилиана, императора Карла V, правившего огромной империей, всегда незримо присутствовала в жизни юноши.
Детские годы Максимилиан провел в Инсбруке, в Тироле, при дворе своего отца. Его образование разительно отличалось от традиционного сурового воспитания монархов: юноша формировался под сильным влиянием итальянской гуманистической традиции. Его разум оттачивали известные ученые-гуманисты того времени — Каспар Урсин Велиус и Георг Таннштеттер. Именно эта интеллектуальная свобода привела к тому, что Максимилиан рано познакомился с учением лютеранства. Еще в молодости он начал вести переписку с протестантским князем Августом Саксонским, что заложило фундамент его будущей религиозной терпимости.
Однако жизнь наследника не ограничивалась библиотеками. С семнадцати лет он начал постигать суровое военное ремесло. В 1544 году Максимилиан принял участие в военной кампании своего дяди Карла V против французского короля Франциска I в рамках Итальянской войны (1542–1546). Вскоре его ждало участие в Шмалькальденской войне. Примечательно, что после триумфальной победы Карла V в битве при Мюльберге в 1547 году, Максимилиан проявил невероятное политическое благородство: он открыто выступил в защиту поверженных руководителей Шмалькальденского союза — саксонского курфюрста Иоганна Фридриха I и ландграфа Гессенского Филиппа I. Вскоре после этих событий молодой эрцгерцог начал принимать активное участие в государственных делах Священной Римской империи.
Стремясь укрепить единство огромной державы, 13 сентября 1548 года в кастильском Вальядолиде Максимилиан вступил в брак с дочерью своего дяди Карла V — Марией Испанской. Посредством этого союза Карл рассчитывал не только связать австрийскую и испанскую ветви дома Габсбургов, но и укрепить католическую веру своего свободомыслящего племянника.
Некоторое время Максимилиан исполнял обязанности представителя императора в Испании, однако его амбиции были ущемлены: он так и не получил желанную должность штатгальтера Габсбургских Нидерландов. К его глубокому недовольству, отец Фердинанд назначил управлять Чешским королевством младшего брата Максимилиана — Фердинанда II Тирольского. Лишь в 1549 году права Максимилиана на наследование чешской короны были официально признаны, и в декабре 1550 года он вернулся в Германию для участия в сложнейших переговорах об императорском наследовании.
В этот период отношения Максимилиана с дядей Карлом V стремительно ухудшались. Император, столкнувшийся с восстанием протестантских князей под предводительством Морица Саксонского, отчаянно желал передать престол своему сыну, Филиппу II Испанскому. Однако брат Карла Фердинанд (уже избранный преемником) и сам Максимилиан категорически воспротивились этому. Максимилиан начал собирать собственную коалицию, заручившись поддержкой видных германских князей: Альбрехта V Баварского, протестантского курфюрста Морица Саксонского и герцога Вюртембергского Кристофа.
В попытке избежать раскола был предложен компромисс: после Фердинанда императором должен был стать Филипп II, но фактическое управление германскими землями оставалось бы за Максимилианом в статусе римского короля. План так и остался на бумаге, но настойчивость Карла V нанесла непоправимый урон отношениям между испанскими и австрийскими Габсбургами. Когда в 1552 году Максимилиан тяжело заболел, по Европе поползли мрачные слухи: поговаривали, что его отравили сторонники его двоюродного брата и шурина Филиппа II.
Конфликт Максимилиана и Филиппа II был не только политическим, но и глубоко личностным. Филипп, воспитанный как истинный испанец, за всю жизнь крайне редко покидал родину. Он был замкнутым, застенчивым и сдержанным человеком, фанатично защищавшим католицизм и не любившим военное дело (лишь единожды он лично командовал армией).
Максимилиан, напротив, ощущал себя исключительно германским князем. Общительный, открытый и невероятно харизматичный, он откровенно недолюбливал испанцев, считая их высокомерными и нетерпимыми. Его гуманистические идеалы и религиозная толерантность прямо противоречили жестким догмам Филиппа, а современники видели в австрийце многообещающего полководца. И все же, несмотря на полярность характеров, оба кузена осознавали высшую цель — сохранение единства династии Габсбургов.
В 1551 году Максимилиан присутствовал на историческом Тридентском соборе, а уже в 1552 году торжественно обосновался в венском дворце Хофбург. Его въезд в столицу поразил современников: в роскошной процессии величественно шагал настоящий слон по имени Сулейман.
Пока его отец Фердинанд занимался большой дипломатией (заключив в 1552 году Пассауский договор, а в 1555-м — Аугсбургский религиозный мир), Максимилиан взял на себя управление наследственными австрийскими землями и их защиту от регулярных османских набегов. При нем Вена расцвела. Население города в 1550-е годы превысило 50 000 человек, превратив его в крупнейший мегаполис Центральной Европы (для сравнения, в Праге и Нюрнберге тогда проживало лишь около 40 000 человек). Максимилиан активно перестраивал Хофбург, возведя ренессансное крыло Штальбург, где позже разместится знаменитая Испанская школа верховой езды, и заложил великолепный дворец Нойгебойде в районе Зиммеринг.
Духовная жизнь будущего монарха оставалась загадкой для двора. Его дружба с протестантскими князьями могла казаться лишь политическим расчетом, но в Вене он искренне сблизился с придворным проповедником Себастьяном Пфаузером, который находился под влиянием швейцарского реформатора Генриха Буллингера и открыто тяготел к лютеранству.
Такая позиция наследника приводила Фердинанда в ужас. Боясь, что сын отречется от Католической церкви, император в 1558 году даже был готов пообещать папе Павлу IV лишить Максимилиана наследства в случае его перехода в протестантизм. Под колоссальным давлением Максимилиан формально остался в лоне католицизма. В 1560 году, после долгих пререканий, он все-таки удалил Пфаузера от двора и возобновил регулярное посещение католической мессы, хотя лютеранские идеи продолжали жить в его сердце до последних дней.
В ноябре 1562 года коллегия курфюрстов во Франкфурте избрала Максимилиана римским (германским) королем, и через несколько дней он был коронован, став первым в истории римским королем, чья коронация прошла не в древнем Ахене. Чтобы получить корону, ему пришлось проявить чудеса дипломатии: католикам он поклялся в верности Церкви, а протестантам тайно пообещал принять Аугсбургское исповедание уже после того, как станет императором. Папство признало его избрание. В сентябре 1563 года архиепископ Эстергомский Миклош Олах возложил на него корону Венгрии.
В июле 1564 года, после смерти Фердинанда I, Максимилиан унаследовал все: императорский престол Священной Римской империи и королевства Венгрию, Хорватию и Чехию.
Став полноправным правителем, он попытался провести реформы. Максимилиан искренне верил, что Католической церкви нужны перемены, но папа Пий IV категорически отверг его идею разрешить браки духовенству, чему немало способствовало сопротивление испанских Габсбургов. Более того, в 1568 году было отменено право мирян причащаться под двумя видами (хлебом и вином). В ответ император проявил беспрецедентную волю: он предоставил свободу вероисповедания лютеранской австрийской знати и рыцарству, а также отказался публиковать постановления Тридентского собора на своих землях.
Однако протестанты хотели большего. В марте 1566 года на своем первом Аугсбургском рейхстаге Максимилиан отказался полностью удовлетворить требования лютеран. Он не подавлял секты, но и не давал имперские лены лютеранским администраторам епископств. Главным итогом того рейхстага стало выделение денег на новую войну с турками. Тем не менее, его политика дала Европе передышку, а протестантизм в Австрии и Чехии достиг своего исторического пика.
Собрав мощную армию, император лично выступил против османов. В 1566 году враг осадил Сигетвар. И хотя город пал, во время осады скончался великий султан Сулейман Великолепный. Ни одна из армий не смогла развить стратегический успех. Вскоре послы Максимилиана, Антун Вранчич и Кристоф Тойффенбах, встретились с великим визирем Соколлу Мехмед-пашой в Адрианополе (современный Эдирне). В 1568 году был подписан Адрианопольский мир, по которому императору пришлось признать главенство османов над Трансильванией, Валахией и Молдавией.
Из-за нехватки ресурсов реальные возможности Максимилиана были ограничены. Он так и не смог присоединиться к антиосманской коалиции папы Пия V и не участвовал в великой битве при Лепанто. В Северной и Восточной Европе позиции империи также постепенно слабели. В 1576 году часть магнатов Речи Посполитой избрала его королем Польши в противовес Стефану Баторию, но из-за отсутствия широкой поддержки Максимилиан был вынужден отступить.
Тем временем отношения с Испанией неожиданно потеплели. Смерть дона Карлоса, единственного сына Филиппа II, сделала Максимилиана и его сыновей возможными наследниками испанской короны. В 1570 году дочь Максимилиана, Анна Австрийская, стала четвертой женой Филиппа II. Однако даже это не помогло императору убедить зятя смягчить кровавый террор в Нидерландах.
Его попытки централизовать власть в Германии также разбивались о сопротивление знати. На Шпайерском рейхстаге 1570 года Максимилиан просил средств на защиту границ и требовал запретить набор наемников для иностранных войн без его согласия. Протестанты, желавшие помогать единоверцам во Франции и Нидерландах, провалили этот проект, выделив лишь скромные суммы на оборону Австрии.
Кровопролитие на религиозной почве причиняло императору глубокую личную боль. Узнав о Варфоломеевской ночи 1572 года — массовой резне гугенотов во Франции (где правил его зять, муж дочери Елизаветы, король Карл IX), потрясенный Максимилиан, будучи членом ордена Золотого руна, гневно назвал эти события «позорной кровавой баней».
Несмотря на политические бури, Максимилиан II вошел в историю как великий покровитель наук и искусств. При нем, как и при его отце, императорский двор стал блистательным центром гуманизма. Хотя войны ослабили Венский университет (переживавший расцвет при Максимилиане I), двор императора компенсировал это сполна. Здесь бок о бок, не зная религиозной вражды, трудились католические и протестантские интеллектуалы.
В Вену стекались лучшие умы из Италии, Испании и Нидерландов. Среди них блистали знаменитый ботаник Каролус Клузиус и выдающийся дипломат и ученый Ожье Гислен де Бусбек. Императорская библиотека под руководством Хуго Блотиуса заложила основу могущественной Австрийской национальной библиотеки. Максимилиан обожал музыку и активно внедрял в придворной капелле традиции Римской школы. Он мечтал пригласить на должность капельмейстера самого Джованни Пьерлуиджи да Палестрину, но грандиозному плану помешали лишь пустые сундуки казны.
Жизненный путь императора оборвался 12 октября 1576 года в Регенсбурге, когда он планировал вторжение в Польшу для защиты своих прав на корону. До последней минуты оставаясь верен своим сложным и независимым взглядам на веру, на смертном одре он отказался принять последние католические таинства.
Максимилиан II упокоился в величественном соборе Святого Вита в Праге. Оставив после себя колоссальное наследие, Максимилиан II запомнился миру как монарх, чье искреннее стремление к диалогу и религиозной нейтральности смогло подарить истерзанной Европе драгоценные годы мира на заре грозной эпохи Реформации.
