Корни конфликта уходят в 499–494 годы до н. э., когда греческие полисы поддержали восстание своих собратьев в Ионии против персидского владычества. Месть царя Дария за сожжение Сард привела к первой волне вторжения, закончившейся триумфом греков при Марафоне в 490 году до н. э. Однако смерть Дария лишь на время отсрочила катастрофу. Его преемник, Ксеркс, собрал беспрецедентную по тем временам армию, состоящую из десятков народов — от бактрийцев и индийцев до эфиопов и ливийцев.
В то время как Персия копила силы, в Афинах взошла звезда Фемистокла. Обладая редкой прозорливостью, он убедил сограждан направить доходы от серебряных рудников в Лаврионе на строительство мощного флота. Это решение стало фундаментом будущей победы. В 480 году до н. э. Ксеркс вторгся в Грецию. После героической гибели Леонида в Фермопилах и сожжения Афин казалось, что судьба Эллады предрешена. Однако разгром персидского флота при Саламине перевернул ход войны. Испуганный перспективой оказаться отрезанным от Азии, Ксеркс бежал, оставив в Греции своего лучшего полководца Мардония с отборной частью сухопутной армии.
Зима 480–479 годов до н. э. прошла в напряженных дипломатических маневрах. Мардоний пытался расколоть греческий союз, предлагая Афинам сепаратный мир на невероятно выгодных условиях: статус свободного города и любые земли. Однако афиняне проявили твердость, заявив, что «пока солнце ходит своим путем», они не примирятся с захватчиком. Более того, они пригрозили Спарте, что если та не окажет помощь, Афины найдут свой «способ спасения», что фактически означало бы конец эллинского сопротивления. Под этим давлением Спарта отправила войско под командованием регента Павсания.
Греческая армия под Платеями была, вероятно, самой многочисленной за всю историю эллинских союзов. Согласно Геродоту, она насчитывала:
38 700 гоплитов (из которых 10 000 были спартанцами и периэками, а 8 000 — афинянами под началом Аристида).
Около 70 000 легковооруженных воинов (включая илотов).
Итого: около 110 000 человек (современные историки часто снижают это число до 40–80 тысяч боеспособных воинов).
Против них стояла армия Мардония. Геродот говорит о 300 тысячах персов и 50 тысячах союзных им греков (фиванцев). Реалистичные оценки современности варьируются от 70 до 120 тысяч. Ключевое различие заключалось в тактике: греческая фаланга — это сплошная стена из бронзовых щитов-гоплонов, шлемов и длинных копий. Персы же, будучи мастерами дистанционного боя и кавалерийских налетов, носили мягкие доспехи и плетеные щиты, которые были бессильны против таранного удара гоплитов.
Мардоний выбрал Беотию для решающей битвы, так как равнинный ландшафт подходил для его конницы. Он сжег Афины во второй раз и закрепился на северном берегу реки Асоп. Греки заняли позиции на склонах горы Киферон. В течение восьми дней обе стороны выжидали, так как гадания сулили победу лишь тому, кто будет обороняться.
Персидская конница постоянно изматывала эллинов. В одной из стычек погиб Масистий, высокопоставленный персидский военачальник, чья смерть на время деморализовала войско Мардония. Однако вскоре персам удалось перерезать греческие пути снабжения и, что самое критичное, засыпать источник Гаргафий, лишив союзников воды. В этих условиях Павсаний принял решение о ночном отступлении к Платеям.
Отступление превратилось в беспорядок. Центр греческого войска в темноте потерял ориентиры и ушел к самому городу Платеи. На правом фланге спартанец Амомфарет наотрез отказался отступать, считая это позором для Спарты. Пока Павсаний пытался убедить упрямого военачальника, наступило утро, и персы увидели, что греческий лагерь пуст, а армия разделена на части.
Мардоний, решив, что греки бегут в панике, приказал немедленно атаковать. Персидская пехота, создав стену из щитов, начала осыпать спартанцев градом стрел. Павсаний, сохраняя ледяное спокойствие, продолжал приносить жертвы богам, ожидая благоприятных знаков, пока его люди гибли под обстрелом. Наконец, когда знамение было получено, спартанская фаланга пришла в движение.
Это был сокрушительный удар. Несмотря на отчаянную храбрость, персы, пытавшиеся руками ломать греческие копья, не могли пробить строй гоплитов. Кульминацией стал момент, когда спартанец Аримнест камнем или копьем сразил самого Мардония. Со смертью полководца персидская армия превратилась в неуправляемую толпу. В то же время на другом фланге афиняне после тяжелого боя разбили фиванцев — греческих союзников Ксеркса.
Лишь отряд Артабаза (около 40 тысяч человек), предвидевший катастрофу, сохранил дисциплину и начал поспешное отступление к Геллеспонту. Остатки персидского войска укрылись в укрепленном лагере, который вскоре был взят штурмом и превращен в место кровавой бойни. По утверждению Геродота, из 300 тысяч выжило лишь 3 тысячи человек (цифры, безусловно, преувеличены, но масштаб поражения был абсолютным).
Победа при Платеях навсегда избавила материковую Грецию от угрозы порабощения. Среди трофеев грекам достались несметные богатства. Павсаний, желая преподать урок своим воинам, приказал пленным поварам приготовить роскошный пир Мардония, а рядом — скромный спартанский обед. Смеясь, он сказал коллегам: «Эллины! Я собрал вас, чтобы показать безрассудство этого вождя, который, имея такую роскошь, пришел отнять наши крохи».
В честь победы в Дельфах была установлена знаменитая Змеиная колонна, отлитая из оружия павших персов. Имена городов, участвовавших в битве, были высечены на ней, навсегда закрепив единство греков перед лицом общего врага.
